Как и было приказано, мы проследили путь беглецов до южной пустыни. Старый Колби прятался в каменных развалах. Мы нашли его бормочущим себе под нос. Других видно не было.
Я приказал Колби рассказать о случившемся и полностью записал вот такую дикую историю:
«Мы никуда не убегали, мы сокровище пошли искать! Якоби вбил себе в голову, что в проклятых развалинах того,
что браслет зовет обсерваторией, есть несметные богатства.
Мы с ребятами согласились пойти ему помочь, и Якоби отвел нас к скале. Он взял крепкую веревку, чтобы, значит,
взобраться наверх.
Подъем был крутой и опасный: пошли-то мы ночью, чтобы не попасться
местным людожорам. Было ясно, луна стояла полная, так что мы быстро поднялись на
самый верх.
И вот что я скажу: мне эти развалины сразу не понравились. При свете луны это была куча камней
и ничего больше. Никаких тебе богатств.
Якоби стал шарить по завалам, все сокровища свои искал. Ну и откопал светящуюся табличку.
Голос — сам знаешь, какой — завел песню про созвездия и небесные знаки, а ребята начали
браниться и костерить Якоби за то, что притащил их на верхотуру незнамо зачем.
И тут... Такого, брат, я в жизни не видел. Кожа как у гнилого трупа, а мех колючий и чернющий. Глаза красные
и сверкучие будто угли. Как распрямился, так крылья чуть не все небо закрыли.
Сначала он разделался с Якоби — скакнул вперед и начисто оторвал ему башку.
Мы с парнями завопили и забегали. Каждый хотел поскорее спуститься по веревке, пока это чудище
и до нас не добралось.
Я схватился за веревку и спрыгнул вниз, аж руки обжег. Пока спускался, слышал жуткие крики и
чавканье, а сверху теплым дождиком капала кровь. Веревка качалась как бешеная. Пока спускался, я все бился о скалу.
Держался как мог, а потом... она упала.
Я упал вместе с ней, шлепнулся на верхушку дерева и отрубился.
Очнулся один где-то в пустыне, прямо перед началом песчаной бури. Нашел где укрыться,
а тут и вы подошли».
Я забираю Колби на корабль для вынесения приговора. Как по мне, ему прямая дорога на виселицу.
Он явно врет, чтобы прикрыть остальных.